Отсмотреть всю конкурсную программу короткометражек Канского Фестиваля? Сделано!

Хочется оказаться на месте жюри кинофестиваля? Кажется, нет прекраснее работы — сидишь себе и смотришь фильмы. Чтобы вообразить себя членом жюри, можно, например, отсмотреть всю конкурсную программу короткометражных фильмов Московского Международного Канского Фестиваля.

Последний день конкурсной программы. Сижу в темном зале в ожидании начала перформанса. Ноги затекли от сидения, хочется домой. Я решила, что отсмотрю всю программу до конца. Накануне устаревшие VHS магнитофоны так и не удалось настроить, получится ли сегодня? Экран все еще темный, но из колонок раздается протяжный вой. Собака? Или человек, подражающий вою собаки? Или что вообще тут происходит?

Мне впервые удалось попасть на кинофестиваль и проследить всю цепочку событий, от открытия до закрытия. Я решила попробовать представить себя на месте членов жюри конкурса. Каково это — каждый день смотреть фильмы участников, при этом делать какие-то пометки, сравнивать киноработы, нужно ведь выбрать победителя. Пусть даже и нескольких.

В дождливый сентябрьский четверг прошло открытие фестиваля в кинотеатре с очень осенним названием — Октябрь. Мокрый асфальт, отражающий красные огни — оригинальный ответ знаменитой красной ковровой дорожке дворца в Каннах. Попав в просторное фойе, гости моментально забывают о сырой погоде за бокалом игристого.

Церемонию открытия предварил музыкальный перформанс: на экране светился «Андалузский пес» (1929) Луиса Бунюэля, а по залу ритмично перемещались актеры с магнитофонами, издающими странные звуки. Полифония шумов и хор сибирских шаманов стали живым музыкальным сопровождением для великого немого кино. Специально для показа было восстановлено уникальное оборудование кинотеатра для проекции настоящей 35 миллиметровой пленки.

Фильм Бунюэля — попытка зафиксировать на кинопленке сны. Вместе со своим другом Сальвадором Дали режиссер попытался воссоздать уникальную нелогичную последовательность событий и образов сновидений. Спустя почти сто лет участники и организаторы Канского фестиваля поставили перед собой похожую задачу: создать единый образ России в коротких видеозарисовках. Все истории переплелись в один полнометражный фильм «Россия как сон» (2016), премьера которого прошла на открытии юбилейного фестиваля. Пересказать сюжет такого фильма так же сложно, как любой свой сон.

В следующие три дня показывали конкурсную программу из двадцати двух короткометражных фильмов со всех концов света. Обычно я смотрю те фильмы, которые скорее всего мне понравятся. Знакомые режиссер, сценарист, актеры, или любимые тема, жанр. Но теперь я как будто бы на месте жюри фестиваля — три дня подряд смотрю и оцениваю самые разные работы. Главное не забывать о «рентгеновском» чтении. Как сделан фильм, как он работает со зрителем, почему отсутствует сюжет, это намеренный отказ от классической структуры или непонимание выработанных схем, автор специально мучает зрителя дрожащей камерой, или не умеет выставить правильно оборудование. Шутка или серьезное заявление?

Ури Гершович, философ, специалист по иудаике, член жюри:

«Этой мой первый опыт участия в конкурсном жюри. Приглашение специалиста в области философии и герменевтики для оценки кинопроизведений - нестандартное решение организаторов. Для меня это вызов и чрезвычайно любопытный эксперимент. Программа фестиваля очень разнообразна. Наиболее интересно наблюдать за трансформацией самого понятия художественного кинопроизведения, за поисками и разработками новых языков и средств выражения. Удивил пристальный интерес многих молодых художников к библейским мотивам. Со многими фильмами хочется вступить в диалог. Подчеркну очень благоприятную, открытую, лишенную снобизма атмосферу фестиваля».

Первый день просмотра стал настоящим испытанием. Восемь фильмов, и каждый — вызов. Общественному вкусу, принятым нормам, кинематографической традиции, и всегда зрителю. А вот готов ли ты, зритель, к такому? Рядом со мной сидела девушка, которая во время просмотра фильмов «Двоеверие» Ульяны Подкорытовой и «Пыльный телеканал» Рое Розена несколько раз воскликнула: «За что?!». Чуть реже, но тоже с завидной регулярностью, она спрашивала у соседки: «А это что значит? Впрочем, не отвечай, не хочу знать. Наверняка, что-то противное». Признаться, к концу программы у меня и самой назрел риторический вопрос: «За что?», — с не менее риторическим ответом: «Лучше не знать». Первая мысль после просмотра: «Я же могу сейчас сделать вид, что ничего не было и пойти домой. А жюри? Им же надо что-то об этом сказать, обсудить просмотренное. И более того, выбрать фаворита из этого набора фильмов».

Мелисса Дулльюс, режиссер, член жюри:

«В этом году фестивальная программа богата на художественные  киноработы, полные поэзии, сюрреализма и фантазии, и для меня как для зрителя, это прекрасное смешение "ингредиентов". Но при таком разнообразии так сложно выбрать "лучшую" работу. Для меня большая радость, что я разделяю эту обязанность с другими замечательными профессионалами и фильм-мейкерами. Обмениваясь мыслями о жизни и искусстве с другими членами жюри и командой фестиваля, удается выделить для себя самые оригинальные работы».

На второй день шла с предубеждением. Ничего хорошего не жди, будь готова к трудностям перевода, готовь самые смелые интерпретации. Оказалось, что подобные просмотры очень тонизируют. Вылезаешь из привычного кокона. Вдруг и на окружающий мир смотришь по-новому. Оттого ли что приготовилась, или так совпало, но во второй день программа была отличная. Все фильмы произвели сильное и положительное впечатление. Каждый хочется отметить. Трагическая история о молодом человеке, потерявшем брата близнеца («Адаптация» Бартош Кхрулик), видео-поэма о столкновении женских характеров («Комюнион» Кэти Чухров), медитативная прогулка в фантастическом саду («Заповедник» Яндовка). И это далеко не все произведения этого дня. Снова сложность: «А что бы подумали члены жюри? Как из группы сильных работ выбрать фаворита?».

Дмитрий Булныгин, видеохудожник, продюсер, член жюри:

«Свобода формы и фантастический реализм, критическое сознание и психоделика - вот что меня привлекает в современном искусстве и то, что я нашел во многих работах первых двух дней конкурса».

Третий день. Уже узнаешь половину присутствующих в зале: директор фестиваля Андрей Сильвестров приглашает авторов фильмов на сцену, члены жюри рассаживаются на привычные места, очаровательная Эви Шуберт, режиссер из Германии, пришла посмотреть фильмы других участников, такие же благодарные зрители как ты потихоньку заполняют зал. Теперь уже приходит ощущение, что ходил бы и ходил бы на эти показы. Тем более, что никогда не угадаешь, что же нам там приготовили на этот раз. Последняя подборка оказалась очень разнородной. Стильный и яркий анимационный фильм «Танзонк» Саши Свирского, видео-арт («Картошка» и «Черный фильм»), перфоманс «Возвращение Кушрского Пилота», черно-белая фантазия по фотографии гениального советского фотографа «Лестница Родченко», видео-зарисовка о послании в космос «Постмодернистская пластинка Пионера» и воображаемом путешествии во Владивосток «Хотите историю?».

Антон Бильжо, режиссер, член жюри:

«Программа многообразная, смотреть ее интересно. В каждой работе есть неожиданный ход - визуальный, смысловой. Кажется, что это делали очень незашоренные люди. Ну и есть несколько просто очень талантливых фильмов».

К концу фестиваля приходит стойкое ощущение, что в жизни постоянно происходит достаточно странных и удивительных событий, даже если не выходить из темного зала кинотеатра. Например, в зале обнаружился зритель с игрушечной собакой, которая казалось внимательно следила за происходящим. Такой же точно персонаж был в фантасмагории «Dominus Dixit» Эви Шуберт, в первый день показа. Этот фильм отмечен специальным дипломом фестиваля за гармоничность. Некоторые зрители прячутся от вызова современных авторов в телефон, и об этом тоже снимают кино. Фильм «Обновление статуса» Джека Нортона голосом Siri призывает сделать и скорее отправить новое фото и ждать лайков, ведь если нет лайков, то и не жив вовсе. Возможно по этой фотографии в будущем кто-то захочет снять фильм, как «Лестница Родченко» Натальи Меркуловой. Фильм отмечен дипломом жюри за чистоту образа. А может быть зритель не ждет лайки, а планирует фантастическое путешествие, как кролик Бергус Хан из одноименного фильма японского кинематографиста Йошима Хигаши. Фильм получил диплом за свободу выражения. Уставший зритель погружается в сон, и кто знает, не достигает ли он Лимба, пограничного состояния между реальностями. Несомненно самый красивый фильм фестиваля — «Limbo» Константины Коцамани, — отмечен дипломом за атмосферность и создание цельного визуального ряда. 

Возможно, это нормально укладывать происходящее вокруг в стандартные схемы, а все что из схемы выпадает игнорировать, не замечать. Выявить такие аномалии и запечатлеть на камеру — именно в этом и заключается задача современного автора. Эти фильмы вызывают сопротивление и отторжение у зрителей. Самый трудный к просмотру фильм «Пыльный телеканал» Рое Розена получает гран-при фестиваля, «Золотой Секатор». Оперетта о пылесосе в исполнении молодой семейной пары. Их кинематографическая жизнь настойчиво напоминает сон Бунюэля из фильма-открытия фестиваля. Режиссер не смог приехать на вручение награды, приз остается в зале, у директора Павла Лабазова. Очень символичный финал — золотой секатор в руках зрителя грозит срезать все неудавшиеся фильмы, как засохшие пальмовые ветви.

Анастасия Соколова